Денис Легезо (legezo) wrote,
Денис Легезо
legezo

Category:

Уравнение Данте - 1.2 Аарон Хендельман - Иерусалим

Понедельник, а значит вторая часть "Уравнения Данте". Новый персонаж, код Торы и впервые появляется имя "Йозеф Кобински"

* * *

1.2 Аарон Хендельман - Иерусалим

Что за место. Рабби Аарон Хендельман прожил в Иерусалиме двадцать лет, а город все не переставал удивлять его. Он всегда уходил из дома на заре, чтобы застать время, когда солнечный свет начинает согревать камни. Этим утром в воздухе еще оставалась ночная прохлада, которую как губка впитывали черное шерстяное пальто и шляпа Хендельмана.
Аарон, его жена Хана и трое детей жили вместе с другими ортодоксами недалеко от долины Хинном. В это время дня по пути к старому городу еще не было шума, возни малышей и их воплей. В утренней пустоте простые, прямоугольные дома казались всего лишь картонными коробками. Пока он шел коробки исчезали позади, а справа вставала неровная древняя стена старого города. 

Аарон подошел к Яффским воротам. Перед ними тонкой острой тенью в окружающей темноте высилась башня Давида. Проходя под аркой ворот, он становился частью города. Высоко над головой рабби смыкалась каменная кладка, его пальцы провели по стенам арки, а губы прошептали слова Торы: "Слушай, Израиль. Господь - Бог наш, господь - один..", "Шла, Исраэль..".

По древней улице он шел к сердцу Ерушалаима. Дороги вне этих стен, а Яффская дорога особенно, были на его вкус слишком современны. Реклама сигарет, уродливые фасады магазинов с пончиками. Но внутри старого города двадцать первый век отступал. Осталось лишь быстро пересечь кварталы презренных захватчиков - христианский по левую руку и армянский по правую. Аарон ускорил шаг, губы его скривились. Дальше можно было пройти и напрямик, но у рабби была привычка сворачивать в сердце еврейского квартала. В его аллеях и дворах жили запахи самой древности. Чуть позже они заполнятся халатами, футболками с дешевыми изображениями мадонны и звезды Давида. Но сейчас здесь были только еще не освещенные сумрачные скаты камней, помнящих и крестоносцев тысячу лет назад, и Христа еще за тысячелетие до этого, и совсем ветхозаветную старину.



Раввин Аарон Хендельман тоже казался существом из другого времени. Сорокалетний, среднего телосложения, все еще привлекательный, со сверкающими коричневыми глазами и того же цвета не тронутой сединой бородой, длинной и не стриженной. Его черные одежды тоже как будто пришли из другого века. Если бы часы пошли назад, то через двадцать лет он был бы уже не настолько не от мира сего; лет через двести большинство предметов его гардероба перестали бы вызывать удивление; по прошествии двух тысяч лет он бы идеально вписался в окружение, пришлось бы только сменить одежду. 

Ему нравилось думать, что в своем сердце он был таким же, как и его предки. Что он не отличался от еврея, мерявшего шагами эту же дорогу по пути к Храму в дни Иеремии. Как он понимал чувства великих пророков! Пороки жителей Иерусалима копили грехи для кары небесной. Во времена Иеремии такими грехами были продажная любовь, пьянство и потеря евреями своих корней. Теперь еще появились короткие шорты, а потерявшие корни евреи так и прошли сквозь все века. Еще Моисей говорил: «Вы костный народ. Камни и те меняются легче».

Он дошел почти до Мусорных ворот, спустился по лестнице и миновал пост охраны. Солдаты знали его, но все равно настояли на обыске. Рабби ортодоксов вызывает сейчас не меньше подозрений, чем палестинец. Но кого винить, если весь мир сошел с ума. Пройдя пост, он оказался перед ха-Котель - Западной стеной, единственной сохранившейся частью Второго храма.

С восходом солнца сооружение кремового цвета порозовело. К стене Аарон как всегда приблизился, волнуясь как новобрачный, как будто его удостоили некой привилегии. Он подошел к ха-Котель и мягко с нежным вздохом любовника опустил на холодный камень сначала руки, потом лоб. 

В этом святом месте вокруг Аарона стояло еще несколько дюжин молившихся. Было  несколько харедимов – ультраортодоксальных евреев. Они носили бороды, пейсы и меховые шляпы. Аарон был ортодоксом, но не харедом и обходился без пейс, хоть и носил бороду. Его шляпа была из черной шерсти, под ней он носил кипу.

Он присоединился к миньяну (прим. пер.: группа для совместной молитвы, обычно 10 человек) таких же ранних птах из своей синагоги и открыл портфель. Вынул талит и тфилин (прим. пер.: мужская молитвенная одежда – соответственно прямоугольный кусок белой ткани и две небольшие черные коробочки, в которые вложены пергаментные свитки с отрывками из Торы), поцеловал их. Обернулся в молитвенную шаль, кожаными ремешками примотал тфилин ко лбу и левой руке. Наконец, раскачиваясь начал читать молитву, стоя перед стеной.

Даже если в его действиях и не было никакой наигранности, все равно он хорошо представлял себя со стороны: величавый, основательный, неспешный, настоящий раввин. Он гордился тем, что делает. Кто-то должен показывать миру, что на самом деле значит быть евреем.

Через час Аарон был в своем офисе в Аиш ХаТора рядом с Западной стеной. Это была школа для неортодоксальных евреев, где их обучали древним канонам. Учились здесь обычно молодые американцы, чьи родители были либо неверующими, либо же принадлежали к другим конфессиям и еще неизвестно что хуже. Аарон учил талмуду и мидрашу. Платили не много, но эта работа давала возможность целый день находиться напротив стены, а его расписание позволяло много времени придаваться настоящей страсти раввина – коду Торы.

Этот код огнем горел в сердце Аарона. Величайшие из раввинов всегда знали, что в Торе есть скрытые сообщения, но у этих мудрецов, мир их праху, еще не было интегральных микросхем. Теперь можно запустить программу, задать слово поиска, допустим - «небеса», и процедура пройдет по всем буквам иврита в Торе, ища это слово, скрытое в тексте. «Скрытое» слово читается по "равноудаленным буквенным расстояниям" – для краткости просто "расстояние". Например, фраза «Раввины уповали и молились Богу провести народ через землю и через море в царство их, землю Израиль» содержит скрытое слово «небеса» («heaven») с расстоянием одиннадцать.

Еще больше поражали его в еврейской Книге массивы связанных слов. Они получаются если разбить буквы исходного текста на строки, длина которых совпадает с расстоянием. Такие массивы помогают глазам легче найти другие осмысленные фразы рядом с ключевым словом.

    T h e r a b b i s h
o p e d a n d p r a y e
d f o r g o d t o l e a
d t h e p e o p l e o v
e r l a n d a n d o v e
r s e a t o t h e k i n
g d o m o f t h e i r b
e i n g e r e t z y i s
r a e l

То, что массивы были найдены в оригинальном тексте на иврите, делает задачу одновременно и проще и сложнее. Научная общественность, естественно, не поверила и чуть ли не оскорбилась. Как еще может отнестись атеист к вложенным небесами в текст сообщениям? В опубликованном ими проклятом опровержении говорилось, что такие «тематические массивы слов» могут быть найдены в любом тексте. Хоть в «Войне и мире» Толстого. 

Непосредственно этой темой сейчас и занимался Аарон. Он все еще разгадывал надписи на бумагах в последней стопке распечаток, когда вошел Беньямин Йорив.

«Наконец-то!», - промычал Аарон. - «У меня есть для тебя работа».

«Это из вашего последнего задания?», - Беньямин подошел к столу и Аарон отпрянул. У парня дурно пахло изо рта, а кожные проблемы сделали его лицо чешуйчатым. Сказано, что Бог дает каждому как достоинства, так и недостатки, но первые у Беньямина были скрыты не хуже кода в Торе.

«Что такое?», - спросил Беньямин. - «Какой-то баг в программе?»

«Нет».

«Но здесь слишком много страниц».

«Ничто не дается даром, Беньямин».

Аарон дождался, пока парень отсканирует трехдюймовую стопку листов. И тут покрытые чешуйками брови Беньямина поползли вверх: «Оппа, одна из наших ключевых фраз, «Йозеф Кобински» встречается во всех массивах. Странно».
«Странно? Не то слово – три сотни массивов и в каждом из них один и тот же маленький рабби. На этот раз ты точно уловил суть».

Аарон откатился на стуле влево. Так он не только стал дальше от дыхания Беньямина, но и смог дотянуться до энциклопедии Чачика «кто есть кто среди еврейских ученых». «Я бы сказал, это опровергает мою теорию, согласен со мной?»

«Что за теория?»

Аарон на миг даже опечалился. Объяснять ее приходилось уже в четвертый или пятый раз. «Витцум, Рипс и Розенберг в своей статье в «Статистической науке» взяли имена тридцати величайших раввинов из этой энциклопедии. Они нашли массивы кодов для каждого раввина, причем его имя находится рядом с датами его рождения и смерти. Я понятно объясняю?»

«Все это я знаю».

«Хорошо, значит, мы оба с тобой знаем это».

«Ну и..?»

«Дело в том, что они выбирали раввинов, чаще всего упоминавшихся в энциклопедии. А я сделал ровно наоборот».

«Зачем?»

«Не понимаешь? Подумай!»

Беньямин изобразил было напряжение ума, но затем просто пожал плечами, сдавшись.

«Когда-нибудь ты научишься пользоваться своими мозгами. Ибо сказано, что настанет время и мертвые восстанут из своих могил».

«Рабби..»

«Итак, во-первых, мы запустили ту же самую проверку, что и они, но с новым набором данных. Если бы мы также нашли массивы для всех раввинов – это доказало бы существование кода. А что касается моей собственной теории, то мне пришло в голову, что «малые» раввины могут появляться в коде реже, чем «большие». И если опыт показал бы это, то такие результаты уже не объяснишь «любой книгой, включая «Войну и мир».

Беньямин ткнул пальцем в раскрытую энциклопедию. «Но о Йозефе Кобински здесь всего один параграф, а в трехстах массивах встречается его имя. Это даже чаще, чем Баал Шем Тов - самый известный из всех раввинов».

Огорченный Аарон устало помассировал виски. «А разве я не сказал, что это опровергает мою теорию?»

«Но как же...»

«В этом и весь вопрос, Беньямин - но как же. Ты очень красноречиво выразил суть».

«Должно быть дело в особенности его имени – может быть часто встречающаяся последовательность букв».

Аарон погладил свою коричневую бороду. «Йозеф – еще возможно, да. Но мы искали фразу «Йозеф Кобински». Как она может быть часто встречающейся?» Аарон взял книгу Чачика и вслух прочел параграф о Кобински: «Йозеф Кобински, Бжезины, Польша. Родился в Тиш’а б’Ав 5660 года».

«В 1900», - быстро посчитал Беньямин.

«Умер, Кислев, 5704».

«Ноябрь, 1943».

Аарон закатил глаза. Парень провалил экзамен по датам в прошлом месяце. Как обычно, он выучил их позже всего остального класса. 

«Рабби Кобински был студентом Элезара Закса, известного в Бжезинах каббалиста. Он изучал физику в Варшавском Университете, а позже преподавал там, пока не начал всерьез заниматься каббалой. Равви Кобински многими почитается как гений каббалы. Его первая и единственная книга: «Книга милосердия» - была прелюдией к великим свершениям. К сожалению, продолжить ему помешал холокост. Он умер в Аушвице».

Аарон откинулся на спинку и кресло застонало под его весом. Да, его теория разрушена. Кто слышал об этом трехсот-массивном-Кобински? Да никто. Его сильно беспокоило жжение в груди, и он резко достал из кармана антиоксидант. Он заметил, как отекли пальцы. «Соль», - сказала бы ему Хана. «Сердце», - напомнила бы еще она ему, а он в очередной раз не обратил бы внимания.

«Возможно на самом деле он значительный человек. Или станет таким», - Беньямин приподнял очки на переносице вытянутым средним пальцем.

«Он мертв. Почему-то я не думаю, что у него еще есть время достать из рукава туза».

«И че теперь делать бум?»

Аарон нахмурил густые брови и взглянул на парня исподлобья. «Что мы собираемся делать? Ты это пытался спросить на своем великолепно поставленном языке? Я скажу тебе. Мы проверим, что такого особенного есть в нашем новом друге. Мы возьмем эти несколько скупых слов из его биографии и посмотрим». Он порылся в поисках карандаша и блокнота, написал на странице: «Бжезины. Элезар Закс. Книга милосердия. Аушвиц», оторвал ее и передал Беньямину.

«Все слова вместе?» - Беньямин искоса посмотрел на этот короткий список.

«Нет, - со вздохом страдальца произнес Аарон. - Нет, нет и еще раз нет. Запусти поиск по каждому из слов отдельно. Посмотри, встречаются ли они в этих трех сотнях массивов». Он махнул в сторону стопки листов на столе.
Беньямин снова приподнял очки своим характерным жестом, и произнес: «Ну, на это уйдет время».

«И что? У тебя есть дела поважнее?»

Аарон подошел к вешалке на внутренней стороне двери и снял с нее молитвенную шаль. Пора было начинать первое на сегодня занятие. Он открыл дверь и подождал. Беньямин неуклюже стоял, не сдвинувшись с места.
«Сделаешь это после занятий», - разрешил ему Аарон.

Спускаясь в зал, Аарон чувствовал, как его походка становится летящей. Он отчетливо ощущал, что сегодня фортуна улыбнулась ему. Само по себе это не было удивительно, как говорится, удача есть даже у дураков. Все дело в том, как ты сумеешь своей удачей воспользоваться.

К счастью для него, а может быть и для кода Торы, рабби Аарон Хендельман дураком не был.

* * *

Теперь очередные главы будут появляться здесь и в Facebook теперь по пятницам. Чтобы у вас были впереди выходные, а то не ясно когда читать главу в понедельние. В ЖЖ удобнее форматировать текст, так что из Facebook пока ставлю ссылки сюда, но комментировать лучше там

Если вы дочитали, вам было интересно, ждете продолжения, то можете поддержать перевод "Уравнения Данте" финансово

Yandex-деньги 410011594420379
WebMoney 319316180654


Subscribe

  • Auto.CNews.ru

    Калифорнийский мужчина в гуглоочках рядом с электромобилем Tesla как бы символизирует сферу интересов http://auto.cnews.ru/ Первое апреля -…

  • Единое городское веб-пространство

    Типовой московский госсайт работает на "Битриксе", масштабируется на экранах смартфонов, дружит с Twitter и установлен еще только в 9…

  • Против транс-жиров

    Отрастивший забавную бороду Денис - отличный популяризатор. Про транс-жиры и то, почему надо игнорировать фабричные кетчупы-майонезы, фастуд и…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment