?

Log in

No account? Create an account
Владимир Михайлович Агафонов - Военный перевод - Результат коллективной галлюцинации арварохских буривухов [entries|archive|friends|userinfo]
Денис Легезо

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| Рассказы Рифмованное Клуб небуквального перевода За МКАД! ]

Владимир Михайлович Агафонов - Военный перевод [Jul. 26th, 2007|01:44 pm]
Денис Легезо
[Tags|, , ]

Если отправиться от метро «Бауманская» вглубь Лефортово, то можно добраться до проходной бывшего Военного института иностранных языков (ВИИЯ), ныне Военного Университета Минобороны РФ. Таблички на нем нет, за забором видны только двухэтажные неновые, мягко говоря, казармы, которые разве что Петра Великого не помнят, и пара современных многоэтажных корпусов в глубине. В книгах этот вуз упоминается нечасто: в воспоминаниях участников войны в Египте «Гриф секретности снят» – мельком, в Inside Soviet Military Intelligence Виктора Суворова - очень путано. С 8-серийным боевиком «Русский перевод», рассказывающем о работе военных переводчиков-арабистов, в том числе «виияковцев», творится что-то непонятное: купленный Первым каналом еще в процессе производства, он все еще продолжает лежать на полке.

Сегодня мы говорим с переводчиком-арабистом Владимиром Агафоновым – подполковником, закончившим когда-то ВИИЯ, – о том, как попадали в этот вуз и как потом работали его выпускники.

Как вы попали в ВИИЯ?

Я поступил в ВИИЯ в 1971 году, сразу после 43-й московской немецкой спецшколы. И вскоре, получив арабский язык, уже заранее знал, что через два года учебы буду отправлен на практику в Египет. То есть всего через два года изучения арабского языка, усиленного, по 4-6 часов в день. Кроме него были тактика и другие военные дисциплины, страноведение, история КПСС, русский язык, что-то еще.
Такая ускоренная подготовка связана была с тем, что когда где-то что-то происходит, уже по факту начинают клепать специалистов. Из нас делали «арабов», потом были «афганцы», а во время событий в Анголе и Мозамбике – «португальцы». На нашем направлении училось около ста человек. После 1967 года вообще была мода на «арабов» и «китайцев». Вторые были в цене потому, что начиная с 1969-го с Китаем у нас было открытое противостояние. А что касается больших арабских наборов, то мой курс, по-видимому, был одним из последних.
Лично я попал в «арабы» потому, что учил в школе немецкий. Если бы до этого у меня основным был английский, то совершенно точно запихнули бы на китайское направление. А там самым лучшим распределением было в тайгу на границу. И было бы дальше как в анекдоте: «Спасибо царскому правительству за то, что продали Аляску».
«С улицы» в ВИИЯ попадали все же редко. Многие были детьми военных. Кто-то уже побывал за границей. Я, например, с 1958 по 1964 г. провел в Северной группе войск (СГВ), где служил мой отец. Оттуда у меня понимание польского, но я не говорю на нем. Отца после 6 месяцев в училище связи в 1942 назначили комвзводом, он участвовал в Сталинградской битве. А потом кто-то полез в анкету и увидел: мать - полька. Еще до Первой мировой его отец из Рязанской губернии ходил на заработки в Питер, женился, привез жену-польку в свою деревню.
В 1943-м как раз создавали советское Войско Польское, вот отца туда и перевели. Войну он закончил «поручником» (по нашему, старшим лейтенантом) в польском генштабе в Варшаве. А Начальником войск связи Войска Польского тогда был мой двоюродный дед - генерал Юрин Иван Алексеевич, уроженец подмосковной деревни Горы, имения Петра Багратиона.

На что было похоже обучение в вашем вузе?

Это было чисто практическое обучение с упором на основные нормы и правила литературного арабского языка. При нас уже не было академических преподавателей, лекции читали наши выпускники из ВИИЯ, уже работавшие в странах Ближнего Востока и знающие диалекты. Если до нас приезжие слушатели жили дома или на съемных квартирах, то мы все два первых года до практики обитали в лефортовских красных казармах. Жилищные условия у ребят с привилегированного западного факультета были лучше, чем у нас, восточников, но было ясно, что скоро нам предстоит командировка. Сначала предполагалось, что основная масса поедет в Египет.
Но в июне 1972 года Анвар Садат – хитрейший политик, заботившийся об интересах своей страны, а не всего арабского мира или СССР, – неожиданно заявил, что советские специалисты ему больше не нужны, и попросил вернуть их на родину в течение недели. ТАСС объявил о принятии нашим правительством решения об их возвращении. Представьте: воскресенье, лагерь военного института, второй курс, только что уехали родители. Начальник курса курит и готовит второму курсу жесткий разнос. И тут из репродуктора – объявление ТАСС: «В связи с окончанием миссии…» И вся заготовленная речь начкурса свелась к фразе: «А что касается «арабов», то они теперь никому на хрен не нужны». А через год мы оказались в Египте – не весь курс, а наша группа из десяти человек: только нам преподавали египетский диалект. Материал давал выпускник ВИИЯ, не бывавший там, выучивший диалект самостоятельно по фильмам.

Это возможно – выучить язык по фильмам?

Это великолепный способ, но и Николай Вашкевич человеком был талантливейшимым. Корифей в египетском диалекте, хотя оказался в Египте только в 1975-м. Кстати, тогда не было компьютеров, и для каждого языка существовала специальная пишущая машинка. Я привез как-то в Москву арабскую. Хорошо, что на таможне пропустили. Да и когда сокотрийский фольклор вез (есть такой йеменский остров в Индийском океане, мне довелось там работать) повезло, что заранее взял официальную справку о том, что мне это нужно по работе. А про альбом об Октябрьской войне 1973 с карикатурой на Брежнева, где он в образе дамы танцует с Киссинджером, который я провез в 1974, я вообще молчу. Зато теперь память о участии в первом боевом применении советских ракет «Скад» в конце октября 1973.

Вуз и специальность, подобные вашим, предполагали общение с органами госбезопасности?

Еще до поступления людей, без их ведома, «просвечивали». Кого-то уже перед выпуском разбирали: приезжали люди, смотрели в личные дела, заинтересовавших кандидатов вызывали на беседу. Полагаю, это обычная мировая практика.

Кого вам приходилось переводить?

Легенда ВИИЯ – Виктор Михайлович Суходрев – известен там, что переводил высших лиц государства. Мои переводческие успехи намного скромнее: я не поднимался выше уровня первого зама министра обороны (переводил Сергею Леонидовичу Соколову в 1977, потом он стал министром обороны СССР) и главкома ВВС СССР Павла Степановича Кутахова. Это был резковатый, интересный, простой человек с большим счетом сбитых немецких самолетов. Как главком ВВС он прекрасно знал, что он может сказать, а что – нет. Так что на мою осведомленность в секретных делах работа с ним не повлияла. Переводил я его в 1980-м, когда вернулся из Южного Йемена. Ведь на ту встречу с йеменской делегацией могли пригласить кого угодно, человека с большим опытом – преподавателя, например. Но я только что вернулся из Адена. Беседа проходила на Пироговке в 23-м доме, где тогда располагался штаб. Кутахов все 45 минут, отведенные для встречи, говорил. Я думаю, для того, чтобы йеменская сторона не сумела вставить и слова, попросить о поставках.
Брежнев в свое время заявил, что мы не стремимся иметь военные базы на чужих территориях. Поставлять технику, консультировать, притягивать на свою социалистическую орбиту – да, но баз за границей при этом не иметь. Мы берегли суверенитет арабских стран. Нормальная база – это большая территория, аэродром, порт, режим экстерриториальности, то есть доступности порта и аэродрома в любое время. Связь через свою радиостанцию, работающее на базе местное население. Казармы и дома для советского контингента. Это сложная система. Так вот, баз в нормальном понимании за рубежом у нас не было. Позже у СССР была база во вьетнамском Камране, а на то время – только Бербер в Сомали. Бараки за колючей проволокой, радиоцентр, плавучий док в порту. И все равно, когда Бербер показали американской комиссии, то она согласилась, что внешних баз у СССР нет. В их понимании это не было базой.

Какие виды устного перевода вы можете выделить?

В случае беседы Кутахова с его южнойеменским коллегой подполковником Абдаллой Алейва перевод был последовательным, существует еще и синхронный. Тяжело, если попадется человек, не умеющий работать с переводчиком или в принципе вас не замечающий: это же он здесь говорит, а переводчик – кто такой? Тогда начинаются потери частей фраз, хотя они в любом случае неизбежны. Я не верю в синхронный перевод. Существуют, конечно, школы, специалисты, которые сменяются у наушников раз в 20 минут, но дело в том, что при любом виде перевода всегда есть процент потерь.
У переводчика, увы, задача в реальной жизни не столько в точности перевода, сколько в сохранении за собой места. Важнее всего остаться в профессии. Командировать могли кого угодно, насколько угодно плохо знающего язык. Совсем до маразма дело, конечно, не доходило, но когда к нам, стажирующимся на аэродроме Каир Вест второкурсникам, в Египет приехал проверяющий азербайджанец, вывод его был неутешителен.
В то время ходила характерная институтская байка. В арабскую страну собираются послать кого-то из двоих – гражданского переводчика или нашего курсанта. Гражданский перед комиссией пытается подойти к делу серьезно, как-то лучше построить фразу. Его благодарят, вызывают нашего. Слушатель входит и понимает, что среди экзаменующих вообще нет знающих арабский. Максимум, что они сумели – это заучить часть перевода задания. Он и оттараторил. Легко догадаться, кого послали.

Можно было улучшить результат, избавиться от имитации?

К сожалению, имитации в той нашей жизни было предостаточно. А чтобы ее было поменьше или совсем не было, надо подписывать с каждым всеобъемлющий военный контракт, четко прописывать, кто, кому и что должен и какие обязанности должен выполнять. Освободить будущих переводчиков от большинства стандартных армейских обязанностей, оставить человека заниматься своим прямым делом - учиться переводить. Универсализации, при которой один человек и подметает, и стреляет, и переводит одинаково хорошо, обычно не получается. Да и из нашей военной истории видно, что в случае реальной угрозы все равно и очень быстро происходит специализация. Или вы учите человека отлично стрелять, или - отлично переводить. Американцы в Ираке столкнулись с тем, что у них переводить некому. Причем, переводить качественно, а не на уровне «допроса пленного в полевых условиях», чему можно обучить любого офицера-десантника.

А сейчас у нас готовят усиленно переводчиков с какого-нибудь языка?

Будет потребность - тогда и будут готовить. Например, когда началась Великая Отечественная война, не только переводчиков - всех офицеров стали готовить ускоренно: артиллеристов, танкистов, связистов. В мирное время на то же самое уходит 4-5 лет, а в войну были и трехмесячные курсы, и шестимесячные, как у моего отца в Ульяновском училище связи. Он закончил училище в 42-м, а в первый свой отпуск в 1946-м приехал домой уже капитаном! Ускоренникам ВИИЯ тоже года через два давали первое офицерское звание без высшего образования - «младший лейтенант».
Понятно, что настоящим переводчиком человека после двух лет такого интенсивного изучения языка назвать нельзя. Он знает самые общие основы языка, но еще им в должной мере не владеет. В то время исходили из того, что этот начинающий переводчик и «клетку» собой заткнет в штатном расписании локального конфликта, и практику пройдет - опыта наберется. Некоторая имитация деятельности была оправдана государственным интересом. Если арабская сторона не протестовала, то идеальный перевод и не требовался. Сами арабы считают свой литературный язык очень сложным: ведь они тоже на нем не говорят и начинают учить его только в школе, фактически как иностранный.

Почему сериал «Русский перевод», на съемках которого вы были консультантом, лежит на ОРТ с прошлого апреля и не идет в эфир?

В «Русском переводе» ничего такого нет. Может, кого-то смущает, что главный герой - «переводяга», а не «агент национальной безопасности»? Или то, что биография ряда высокопоставленных должностных лиц чем-то напоминает биографию отрицательного героя фильма - переводчика-спецслужбиста Куки? Видимо, в нашей стране всепроникающего византийства поставить «Русский перевод» в эфир перед самыми парламентскими и президентскими выборами - это серьезный поступок. Ernst, как говорят немцы.

Каковы перспективы у сегодняшних переводчиков-арабистов?

Если говорить о военной сфере, то здесь основные поставки идут в Китай и Индию. В арабских странах уже есть либо понимающие по-русски специалисты, либо готовят своих военных переводчиков, в том числе и русского языка. Можно объясняться и на английском. Однако в Египте, Сирии, Ливии, Йемене, Иордании, Алжире, странах Персидского Залива наши арабисты, полагаю, всегда будут востребованы, пусть и во много меньшем количестве. Конечно, позиция «переводчик» - всегда дополнительная финансовая нагрузка на контракт, и при случае пытаются обходиться без нее, но далеко не всегда такое возможно. Особенно, когда требуется качественный перевод.
linkReply

Comments:
From: (Anonymous)
2007-08-11 11:57 am (UTC)

ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОД - NOTES :

1. По поводу ОЧЕНЬ УДАЧНОЙ печатной версии в журнале HEALTH LINE:

- БОЛЬШАЯ ФОТОГРАФИЯ (от президентского фотографа Нашира со штампом - УДП НДРЙ на обороте) при публикации была "урезана" слева - поэтому Президент Салем Рубейя Али получился не "пятым слева", а "ТРЕТЬИМ СЛЕВА" - но я-то не знал, что фото будет урезано!... Пятый слева в журнале - Али Салем Лаавар (бывший посол НДРЙ в СССР, Начальник Президентской администрации, расстрелян вместе с президентом 26.06.1978);
- ЗАГОЛОВОК "ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОД" напечатан "мусульманским" зеленым цветом - НО ислам не был идеологией НДРЙ и ее руководства. Партийным цветом НФ/ОПОНФ и ЙСП был синий (партийное знамя - синее полотнище с красной звездой в центре - смотрите государственный флаг НДРЙ и синий треугольник с красной звездой на нем - на трехцветном флаге Йемена!);
- в подписи под фотографией имя президента - третья его часть АЛИ - напечатано с пропуском: А _и;
- среди иллюстраций "вкралось" фото какой-то пальмы - но на йеменскую она походит мало, а на сокотрийскую совсем не походит.
2. "ТАСС объявил" - По моему мнению, очень важно в таких случаях сохранять временной колорит и, соответственно, точность "формулировок" того времени. ТАСС всегда "ЗАЯВЛЯЛ" - как у Юлиана Семенова: "ТАСС уполномочен заявить..." Как говаривал полковник Соломатов, когда преподавал нам правила стрельбы из пистолета МАкарова: "У пистолета может быть только три положения: так!(ствол направляется в верх) - так!(ствол направляется в мишень) - и больше НИКАК!(ствол вертится в разные стороны). Не совсем понятно, за что начальник курса готовил нам разнос. А за то, что родители привозили много еды, было жарко - и могли возникнуть проблемы со здоровьем вверенных ему курсантов - и он был ОЧЕНЬ ЗОЛ В ТОТ РАЗ!
3. Николай Николаевич Вашкевич и сейчас занимается наукой. Вышли книги с его более чем оригинальной, но не лишенной интереса гипотезой по поводу особой роли арабского языка в развитии человеческой ментальности (полагаю, что арабский здесь - только наиболее доступный и разработанный срез семитского языкового корня. Если исходить из того, что все человечество - это потомки древнейших жителей Восточной Африки, говоривших на пра-афразийском, важнейшие черты которого очень хорошо сохранились в классическом арабском (VI-VII в.), то эта гипотеза , несомненно, заслуживает большего внимания). А уж теория арабского корня, разработанная в 80-х Н.Н.Вашкевичем и остающаяся до сих пор в тени - в тонкой брошюрке из типографии ВИ - это несомненный вклад в арабистике и семитологию.
(Reply) (Thread)
From: (Anonymous)
2007-08-11 11:59 am (UTC)

NOTES :

4. Мы обычно гордимся только еще намечающимися ПОСТАВКАМИ оружия - а тут "сорвали" возможные поставки. Поясню: НДРЙ находился на полном материальном обеспечении СССР в плане поставок вооружений, то есть за поставки туда Союз платил себе САМ! Поэтому нашей стране возлагать на себя дополнительные поставки и платежи - за пределами тех, что само советское руководство уже определило для себя целесообразным в рамках советского "пятилетнего плана" - было невыгодно, а проще - очень накладно. А вот ЙАР платила деньгами из своего собственного быджета - и вполне могла попросить что-то еще (но тут, правда, вступал в дело другой фактор: нельзя было нарушить "баланс сил" между "капиталистическим" Севером и "социалистическим" Югом, тогда бы и Юг пришлось довооружать, но уже "за советский счет"!)
5. "Камрань", "Бербер" - На самом деле Камрань - это бухта, соответственно в косвенном падеже "во вьетнамской КамранИ". Сомалийский город (и порт) называются БерберА (а не Бербер), это слово женского рода. В косвенном падеже: "когда БерберУ показали..."
6. "Слушатель входит и понимает, что среди экзаменующих вообще нет знающих арабский. Максимум, что они сумели – это заучить часть перевода задания. Он и оттараторил. Легко догадаться, кого послали." - На самом деле, когда слушатель увидел этот полковничий ареопаг, он понял, что здесь арабского точно никто не знает, и начал "с листа" быстро тарабанить какой-то только что заученный наизусть в Институте текст. Полковники увидели, что курсант язык знает (!) - и послали именно его...
7. Биография ряда "самых" высокопоставленных лиц, хотя и просто высокопоставленных тоже...

Сейчас пресса заговорила и о возможности российских оружейных поставок и в Саудовскую Аравию. Достаточно перспективный рынок, но придется учитывать старые и вроде бы уже решенные саудовско-йеменские противоречия. Но ведь там нефть, пласты причудливо залегают. Опять же, САудия - традиционный рынок Запада, а Йемен - России. В любом случае - наши арабисты здесь без работы не останутся, удалось бы только сохранить школу и уровень отечественного арабского ВОЕННОГО ПЕРЕВОДА.
Владимир АГАФОНОВ
(Reply) (Parent) (Thread)
From: (Anonymous)
2007-08-11 12:23 pm (UTC)

PS:

Сериал "Русский перевод" (НТВ-кино, 2006) упомянут в статье "Changing Notions of Realism in Russian Primetime TV Drama and Film" Дэвида МакФадьена (David MacFadyen (UCLA), 2007 в "kinokultura".:
http://www.kinokultura.com/2007/16-macfadyen.shtml


(Reply) (Parent) (Thread)
From: (Anonymous)
2007-08-24 04:56 pm (UTC)

Re: PS:

А.Константинов: из интервью газете "Час".
А теперь о сериалах. На постсоветском пространстве Константинов известен в первую очередь как отец популярных серий, книжных и телевизионных. И как создатель самого "экранизируемого" книжного героя современности - журналиста Андрея Обнорского.

- Борис Акунин недавно выступал по телевизору и говорил, что его Фандорина играло на экране наибольшее число актеров - трое разных. А Обнорского, между прочим, четверо. Включая Александра Домогарова и последнего исполнителя, Никиту Зверева, сыгравшего в сериале "Русский перевод". Эта экранизация моей книги "Журналист" должна появиться 1 сентября на Первом канале... Хороший фильм вышел, на мой взгляд.

(Учтем: Константинову нравятся далеко не все его экранизации. К примеру, поздние серии "Бандитского Петербурга" автор характеризует так: "Скотство, и больше ничего".)

- Понятно, что Обнорский - это не ваше полное альтер эго, но все-таки насколько он с вами соотносится?

- Процентов на 60. Из-за этого я своим студентам, которым читаю курс журналистских расследований, постоянно говорю: хватит вам ссылаться на Обнорского, который все правила нарушает. Это все-таки беллетристика, не путайте.

- Он начинал как воин-интернационалист, потом стал журналистом, потом главой агентства журналистских расследований. Как и вы... Как по-вашему, чем Обнорский будет заниматься лет через 10?

- А вот именно поэтому я пока и решил сделать паузу - чтобы позже написать "Обнорского 10 лет спустя". Интересно было бы изобразить его уже другим - не тридцатилетним, а перешедшим в новое качество.

- Следующая ваша книга - о чем?

- Смотря какая из трех раньше выйдет. Первая - "Швеция глазами Константинова", это часть большого проекта - разные страны глазами разных известных авторов. Я люблю Швецию, часто туда езжу, у меня там живут добрые знакомые. Так что мне было интересно.

Вторая книга - "Бандитская Россия" - уже в издательстве. И третья - из серии "Наружное наблюдение" - будет дописана, я думаю, в августе.

© chas-daily.com
http://russart.com/?cid=3585
(Reply) (Parent) (Thread)
From: (Anonymous)
2010-08-06 07:35 am (UTC)

комментарий

Здравствуйте! Мне 16 лет, в этом году заканчиваю школу, но уже давно определилась с будущей профессией - переводчик-синхронист. Школа с углублённым изучением английского языка, но на курсах и как второй у меня французский. Хотелось бы сказать, что профессия действительно очень сложная, а многих это не волнует(( Например, у меня в семье все - "технари". И родственники уверены, что всё кроме математики и физики - так, развлекаловка. Ненавижу такого рода суждения, потому что уйму времени потратила на изучение иностранного, прочла огромное количество книг, в том числе Линн Виссон - синхронистку из ООН, работавшую там более 30 лет. Языки - те же, что и у меня. Конечно, я не работала профессионально, но заранее люблю эту профессию и готова посвятить языку всю жизнь, потому что, когда я говорю на французском или английском, я чувствую, что живу!)) Быть переводчиком - не только знать язык, но и знать культуру страны, обладать неограниченным кругозором, постоянно усовершенствоваться. Одна моя знакомая из Американского культурного центра в Москве, расположенного в библиотеке Иностранной литературы, сказала мне, что язык - это образ жизни. И это действительно так. Но, безусловно, я не берусь говорить, что это самая лучшая профессия.. Это для меня она самая лучшая. Я слышала о том, что качественных синхронистов в России готовит Лефортовский институт, поэтому меня и заинтересовала военная специализация в переводе..)) Надеюсь, комментарий ни у кого не вызвал раздражения.. Большое спасибо за внимание!)) С уважением ко всем переводчикам, и не только синхронным, Анастасия Изгаршева.
(Reply) (Thread)